среда
11 июля 2012г.

Английская версия


Между Церковью и криминалом
28.06.2011
Попустительство насилию оборачивается, в конце концов, и против насильника, и против его покровителя
 

Мне пришлось оказаться в среде духовенства довольно поздно, когда в 35 лет я стал председателем Всеукраинского братства апостола Андрея Первозванного и начал активно общаться с клиром нашей Церкви. Надо признаться, что это было большим испытанием для веры. Воспитанный в патриархальной слобожанской семье, сформированный как ученый на филологическом факультете Харьковского университета и в киевском Институте литературы им. Тараса Шевченко, я был потрясен культурой отношений внутри клира, кругом интересов священства, нравственным релятивизмом многих его представителей. Насколько это отличалось от идеализированного образа Церкви, что виделась альтернативой реальности "развитого социализма" брежневских времен!

Это выглядит парадоксально, но, может, меня как христианина спасли тогда ... расколы, в результате которых наиболее грубая и прагматичная часть духовенства покинула УАПЦ и пошла прочь, искать более выгодного места. Это позволило наслаждаться пребыванием вместе с патриархом Мстиславом, отцами Владимиром Яремой, Иваном Пашула - теми, кто давал совершенно другой, светлый, творческий образ Украинской Церкви. Хотя и этот маленький островок духовного здоровья в православном море Украины так часто угрожали смыть цунами, спровоцированные постоянными землетрясениями в клерикальной среде...

Возвращение Церкви из изгнания, из катакомб и из гетто, отведенного РПЦ в советской зоне, используемое так часто для имитации духовного возрождения, обернулось для многих тяжелым разочарованием в реалиях религиозного быта. Вместо пасторальных картинок священнического быта, которые начали было появляться в прессе двадцать лет назад, пришла очередь критических публикаций и видеорепортажей. Отчасти их можно объяснить новой секуляризацией, связанной с распространением в общественном сознании либеральных ценностей. Но только отчасти. Ведь прежде Церковь дискредитируется изнутри, демонстрируемыми обществу постоянными выбросами ненависти, такими противоречащими евангельскому призыву к любви.

"Сия есть заповедь, да любите друг друга, как Я возлюбил вас" (Ин. 15:12) - эти слова Господа, направленные ко всей Церкви, является ключом к познанию идентичности христианской веры. Веры, уникальность которой заключается в заповеди любви не только друг к другу, но и к врагам: "Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас" (Мф. 5:44). Драма церковного раскола в Украине, возможно, и является экзаменом для разделенного православного клира: а может ли он демонстрировать миру любовь к тем, кто выбрал другую юрисдикцию, кто считает антиканоничными действия церковных властей в определенные периоды прошлого, кто отказывается уважать авторитетные для оппонентов религиозные и общественные институты, духовных и светских лидеров?

Можно, конечно, обвинять в межконфессиональных конфликтах Леонида Кравчука и Леонида Кучму, Виктора Ющенко и Виктора Януковича. Давление административного ресурса, попустительство насилию под маской церковных споров, разрушительная работа спецслужб, политика неприкрытого или и замаскированного государственного протекционизма - все это, бесспорно, существенные факторы нашей церковной действительности. И без попыток создать "Единую Государственную (или Поместную) Церковь" или же "русский мир" межконфессиональных конфликтов у нас было бы гораздо меньше. Но кто может назвать период - от Нерона до Владимира Путина, – в который государственная власть, особенно имперская, отказывалась бы от вмешательства в церковную жизнь? Церковь всегда закалялась в противостоянии этому давлению, обогащалась опытом мучеников и исповедников.

Этот опыт обогатил нас и прошлое ХХ столетие. Столетие Освенцима и ГУЛАГа. Столетие "безбожных пятилеток". Оно одарило нас бесценными свидетельствами страданий и смерти за веру. Но оно же дало нам тысячи отступников, прилюдно отрекшихся от веры, произносивших молебны за Иосифа Сталина, создававших прикрытие для разведочных резиденций на Ближнем Востоке и в Южной Америке, ездивших на международные симпозиумы для доказательства свободы религии в советских странах. Наверное, не все они сознательно шли на предательство. Многие прятались за призрачной целью сохранения легальной Церкви ценой компромисса с безбожным режимом. Но коварный афоризм "цель оправдывает средства" становился, вольно или невольно, возбудителем Иудиного комплекса.

Измена себе, своему призванию, компромисс с совестью формировали сотни и сотни личностей священников, которые вошли в постсоветскую реальность Украины. Часть православного клира, глубже укорененная в национальной духовной традиции, защищенная аутентичной верой, развитая интеллектуально, оказалась достойной начать возрождение Киевской Церкви после более чем трехсотлетнего рабского прозябания. Но только часть... А рядом с ними появились тысячи безработных парней, которые увидели в священстве шанс для получения относительного достатка и высокого общественного статуса. Появились авантюристы, для которых ряса представлялась некой маскировочной одеждой для пропитания за счет легковерных. Появились психически нездоровые лица с маниакальными склонностями, которые стремились иметь у себя общину поклонников, слепо преданных лидеру. И следовало найти эффективные механизмы отсева кандидатов в священнослужители, которых вдруг понадобилось тысячи для тысяч новых общин, возникающих по всей Украине.

Получив священный сан, вчерашние кандидаты не становились автоматически настоящими пастырями. Паства получала более или менее компетентного отправителя обрядов, который терялся перед величием своей миссии: создавать христианскую общину из пестрой группы лиц, лишенных религиозного воспитания и образования, обремененных тяжелым опытом греха и множеством предрассудков. Надо было иметь отвагу, чтобы признаться в своей неготовности быть духовным лидером и взяться за самообразование, сплотить вокруг себя надежных помощников, искать примеры пастырского служения в прошлом, в других юрисдикциях и даже конфессиях. Значительно легче оказалось прибегать к подмене настоящей цели духовной жизни ее заменителями: реконструкцией архаичных общественных отношений и традиционной культуры, участием в ролевых играх вроде казачества, бесконечными строительными инициативами, избирательными делами. А такие симуляторы церковной жизни позволяли маскировать демагогическими фразами реальные материальные интересы священника.

Вдруг в конце ХХ в. ожил печальный опыт религиозных войн. Война ведь всегда была для политических лидеров наиболее удобной формой бегства от ответственности за экономические просчеты, подавление диссидентов, получение неограниченной власти над народом и неконтролируемых доходов. И бодрая военная терминология активно вытесняет из церковной риторики миролюбивые евангельские фразы. Для одних доминантой становится борьба с сектами, для других - с экспансией Рима, еще для кого-то - с "раскольниками" или "пятой колонной Москвы". Не так давно под православными церквями (!) бородатые мужчины в характерных косоворотках раздавали листовки с пасквилями на... Вселенского Патриарха. На поверхность всплыли безответственные демагоги, которые умели наэлектризовать толпу вкусно очерченным образом опасного противника и примитивными рецептами противостояния ему. Даже церковная проповедь порой превращалась в оруэлловскую "пятиминутку ненависти".

Такая атмосфера активно подпитывалась прагматичными политиками, принявшимися было эксплуатировать конфессиональный фактор в своих местечковых войнах. Церковь потеряла шанс противопоставить общественной розни естественно должную христианам проповедь мира и собственное свидетельство межконфессионального согласия. Это еще долго давало о себе знать в каждой из церковных общин в Украине, в той или иной степени ангажированных в нагнетании взаимной вражды. Распространение в обществе уголовных взаимоотношений не нашло достойного противодействия в священнической среде. Напротив, законы и обычаи воровской шайки оказались привлекательными для достаточно заметной группы церковных деятелей.

Нечего удивляться, что церковные споры начинают разрешаться средствами бандитских "наездов". Особенно когда в силовых ведомствах есть люди, готовые обеспечить "крышу" для нападающих, защитить их от судебной ответственности, а среди неприхотливых политиков находятся лоббисты преступников. Паралич судебной системы создает для этих акций атмосферу наибольшего благоприятствования. Или кто знает случай в новейшей украинской судебной практике, чтобы священнослужителя приговорили за захват церковных сооружений и имущества? Или случалось такое, чтобы захваченную церковь или церковный дом возвращали законному владельцу?

В известных мне случаях события развивались по более или менее подобным сценарием. Обидчики выжидали удобный момент, вламывались в здание и начинали выталкивать его владельцев и менять замки. Имущество, даже личное, забрать не разрешается. Милиция, получив вызов, устраняется от защиты владельцев, дает конфликту разрастись. Затем, когда владельцы изгнаны из помещения, оно опечатывается и начинается судебная тяжба. Между тем без лишнего шума обидчики открывают помещения, готовят собственные документы на право пользования или владения. И хотя прихожане избегают храма, добытого преступным способом, это не составляет для нападающих большой проблемы. Получив храм или церковное управление, они получают кажущуюся легитимность. А это дает простор для широкого поля прибыльной деятельности, имеющей мало общего с пастырским служением.

Почему никто не обращает внимания на то, что синхронно с массовым открытием все новых церквей в нашем обществе растет взаимное отчуждение. Разве суровая статистика не констатирует, что за разговорами о "духовном возрождении" скрываются невиданные кризис семьи, массовые убийства нерожденных детей, стремительное вырождение украинцев, потеря доверия к общественным институтам и друг к другу? Разве штатные лекторы не используют вводимые новыми властями курсы "Основ православной культуры" для пропаганды пренебрежения, если не откровенной враждебности, к чужим юрисдикций и конфессиям?

Церковь становится жертвой насилия не только тогда, когда ее уничтожают или захватывают оппоненты. Капитуляцией перед культурой насилия становится принятие ее языка, заимствования правил игры, сформированных по уголовному закону. В Нагорной проповеди Христос называет Своих учеников, то есть нас, христиан, "солью земли", но тут же предостерегает: "Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему не годна" (Мф 5:13). Когда Церковь теряет свое призвание, свою идентичность, она превращается в такую вот потерявшую силу соль.

Соль же приобретает ценность как приправа к блюду. Церковь получает свою общественную миссию по наитию Святого Духа. "Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание " (Гал. 5:22-23). Грубые акты насилия демонстрируют недостаток этих плодов, выветривания из церковной жизни того, что наполняет ее истинным смыслом: благодатного действия Святого Духа. Соль земли выветривается. А вместе с тем, оставшаяся земля - окружающий мир, наша цивилизация.

Общество, равнодушно наблюдающее, как криминал осваивает Церковь, или потакающее этому процессу, обрекает себя на невосполнимую утрату. Бандиты в рясах не станут "солью земли", хотя бы и спрятались за одеянием кажущейся каноничности. Церковь без любви не является Церковью - пусть какие угодно светские институты регистрируют ее устав и придают ей общественные преференции. Попустительство насилию оборачивается в конце концов и против насильника, и против его покровителя. А Церковь останется там, где сохранится "соль земли" - праведники, готовые выдержать позор, предательства, несправедливость, даже смерть, не соглашаясь стать марионетками в навязываемой миром игре. Эти праведники знают: "Но после того, как Он пришел и добавил терпение к благодати веры... Запрещен гнев, укрощены души, обуздано своеволие рук, изъят яд языка" (Тертуллиан). И в минуту экзамена они останутся с презренным Христом, который в последний момент молился: "Отче, прости им, ибо не знают, что делают" (Лк. 23:34)...

Архиепископ Игорь (Исиченко)

Портал-Credo.ru

 
Разработка LasPavel